Министерство культуры Республики Татарстан

Чистопольский государственный историко-архитектурный и литературный музей-заповедник

Возникли вопросы? Свяжитесь с нами: (84342)5-17-01; 5-11-00

gorodnakame2012@mail.ru

Развитие образования в уездном центре Казанской губернии в XIX – начале XX вв.: на материалах Чистополя

6 Март 2014

Комментарии:

0
 Март 6, 2014
 0

И.В. Корнилова

кандидат исторических наук, доцент,

заведующая кафедрой истории и методики ее

преподавания Набережночелнинского

института социально-педагогических технологи

й и ресурсов

Развитие образования в уездном центре Казанской губернии в XIX – начале XX вв.: на материалах Чистополя

Развитие образования в уездных центрах Казанской губернии в XIX – начале ХХ века происходило в соответствии с общероссийскими тенденциями, в то же время специфика состава населения обусловила некоторые особенности в системе образования на территории губернии и уездов.

Организация системы образования в России была делом многоведомственным. Основная масса школ находилась в ведении Министерства народного просвещения (далее МНП). Это были общеобразовательные учебные заведения и те из профессиональных, которые имели чисто педагогический характер, как, например, учительские семинарии, институты и школы. Все прочие профессиональные учебные заведения принадлежали к другим ведомствам [5, с. 13]. Свои образовательные учебные заведения имели министерства православного исповедания, юстиции, военное, морское, путей сообщения и др.

В начале XIX века правительство провело масштабную реформу народного образования. Была создана новая школьная и университетская структура. В 1803 году был утвержден полный и стройный план организации дела образования под названием «Предварительные правила народного просвещения», а затем в 1804 году – «Устав учебных заведений, подведомых университетам» [7, с. 295]. Соответственно принятым плану и уставу Российская империя по именному указу императора Александра I от 24 января 1803 года была разделена на шесть учебных округов: Петербургский, Московский, Казанский, Харьковский, Виленский, Дерптский [13, с. 11].

Женская прогимназия. (2)

Женская прогимназия

Громадный по размерам Казанский учебный округ, учрежденный 24 января 1803 года [34, с. 4], во второй половине XIX столетия охватывал огромную территорию – все среднее и нижнее Поволжье и прилегающие к нему губернии и уезды от Вятки до Астрахани. В учебный округ входили: Вятская, Казанская, Симбирская, Самарская, Саратовская, Астраханская губернии, с различным уровнем экономического развития, населением в 10 млн. человек, различным по национальному составу (русские, татары, чуваши, марийцы, киргизы, немцы-колонисты).

Важное значение в развитии сети начальных учебных заведений в уездных городах Казанской губернии имели начальные народные училища, имевшие статус общегородских. Открывались они в соответствии с «Уставом народным училищам в Российской империи», подписанным Екатериной II 5 августа 1786 года. Это был первый в истории России закон об образовании.

Согласно закону в каждом губернском городе империи предусматривалось открытие главного народного училища, а в каждом уездном городе – малого народного училища. Известно, что в губернской Казани главное народное училище было создано в 1758 году, еще задолго до подписания «Устава… 1786 года» [11, с. 88]. Однако, «Уставом.. 1786 года» не предусматривалось выделение средств из бюджета на открытие народных училищ. Предполагалось, что они будут открыты и функционировать на городские средства, т.е. на средства из местных бюджетов. Это ставило народные училища в чрезвычайно затруднительное положение и, по сути, создавало препятствия для их повсеместного открытия. Поэтому, из 60 губернских и 250 уездных городов Российской империи, выполнить эту программу в полной мере смогли далеко не все.

Так, в Казанской губернии из двенадцати уездных городов малые народные училища были открыты только в Ядрине и Козмодемьянске в 1791 году и в Чистополе в 1796 году.

Символом времени можно назвать появление в уездном городе Чистополе в конце XVIII века начального учебного заведения – Малого народного училища, открытого в 1796 году. Это было уездное (городское) училище. Срок обучения в нем составлял два года и соответствовал первым двум классам главного народного училища, продолжительность обучения в котором была пять лет. По «Уставу… 1786 года» были определены учебные предметы, учебники, пособия, число учителей и их учебная нагрузка. В малых народных училищах изучались чтение и письмо, арифметика, катехизис и священная история, русская грамматика, чистописание и рисование. К сожалению, не сохранилось никаких сведений о существовании Чистопольского малого народного училища. Его жизнь можно проследить по сохранившимся описаниям смотрителя Козмодемьянского уездного училища К.С. Рябинского [42, с. 57]. Малое народное училище представляло собой элементарную начальную школу с двумя учителями и учениками в количестве 30-40 человек. Это было мужское учебное заведение, в нем учились мальчики из городских семей. Обучение было бесплатным, поэтому в нем могли обучаться и дети из несостоятельных семей. Предполагалось, что лучшие выпускники смогут продолжить обучение в Главном народном училище в Казани, а потом в гимназиях. Однако в Казанском главном народном училище обучались только казанцы, да и гимназий в России было открыто до 1805 года всего лишь три (одна из них в Казани). Преподаватели были выпускниками Казанской духовной семинарии или Казанского главного народного училища. Первые были хорошо образованными, однако ненадолго задерживались в качестве учителей, обычно до принятия сана; вторые – вряд ли имели достаточную квалификацию.

В целом, дальнейшее развитие такого типа учебных заведений шло до второй половины XIX века очень медленно, до 1859 года их было учреждено всего 4, а к концу ХХ века число таких училищ достигло всего лишь 20 [11, с. 88].

_G104309

Духовное училище

В соответствии с указом Александра I от 5 ноября 1804 года предполагалось открытие в каждом губернском городе гимназии, в каждом уездном городе – уездные и приходские училища. Согласно «Уставу 1804 года» курс обучения в уездном училище продолжал курс приходского училища и составлял два года. В учебную программу входили следующие предметы: Закон Божий и священная история; должности человека и гражданина; российская грамматика; чистописание; правописание; правила слога; всеобщая география и начальные правила математической географии; география Российского государства; всеобщая история; российская история; арифметика; начальные правила геометрии; начальные правила физики и естественной истории; начальные правила технологии, имеющие отношение к местному положению и промышленности; рисование.

Самую начальную ступень образования представляли приходские училища. Чистопольское приходское училище было открыто спустя 28 лет после издания указа – только в 1832 году. Связано это было с тем, что государство не выделяло средств на открытие и содержание приходских училищ, они должны были содержаться за счет городских и сельских общин.

Уездные училища в уездных городах Казанской губернии начали открываться только в 1816-1818 годы.

В Чистополе в 1818 году существовавшее с 1796 года Малое народное училище было преобразовано в уездное училище. Срок обучения увеличен с двух до четырех лет, при условии обучения одного года в приходском училище. А так как в Чистополе приходское училище было открыто намного позже, только в 1832 году, поэтому при Чистопольском уездном училище был открыт не предусмотренный уставом приготовительный класс. Обучение в приготовительном классе было бесплатным, в нем осуществлялась подготовка учеников в уездное училище. Педагогический коллектив уездного училища был небольшим, всего четыре человека: три учителя общеобразовательных предметов и один учитель – преподаватель Закона Божьего и по совместительству священник одной из городских церквей Чистополя [42, с. 58].

_G104295

Мужская гимназия

В Чистопольском уездном училище в 1 классе преподавались: катехизис, Священная история, российская грамматика, арифметика, чистописание, правописание, чтение и чистописание по латинскому языку, рисование, «Книга о должностях человека и гражданина». Во 2 классе изучались арифметика, геометрия, математическая география, российская история, российская грамматика, катехизис, немецкий, латинский языки, правописание, рисование. В 1819 году распоряжением МНП из учебного плана уездных училищ были исключены «по излишеству» технология, естественная история и физика, а за счет этих предметов увеличено число часов на религиозные предметы; кроме того чтение книги «О должностях человека и гражданина» было заменено «чтениями священного писания».

В дальнейшем в соответствии с новым «Уставом учебных заведений», подписанным Николаем I 8 декабря 1828 года, произошло преобразование уездных училищ. Структура училищ стала более четкой. Срок обучения стал три года после двух лет в приготовительном классе. Количество штатных преподавателей было увеличено до пяти человек – учителя арифметики и геометрии, русского языка, истории и географии, черчения и рисования, приготовительного класса. Учителями могли стать только выпускники гимназий и духовных семинарий. Следует заметить, что в связи с новым уставом увеличилась и оплата педагогического труда. Отныне учителя получали такую же заработную плату, как и чиновники среднего уровня; учителям, так же как и чиновникам, присваивались чины по табели о рангах, автоматически повышавшиеся по выслуге лет. Все это сказалось на повышении квалификационного уровня педагогического состава и качества получаемого образования. Следует заметить, что учителя в Чистопольском уездном училище служили долго, до десяти и более лет, в основной своей массе оставляя училище только в виду перевода в другое учебное заведение или в связи с выходом в отставку. Большинство преподавателей были выпускниками духовных семинарий и выходцами из духовного звания и лишь некоторые были представителями других сословий, выпускниками гимназий. Так, известно, что двадцать лет – с 1828 по 1848 годы – проработал в училище Михаил Сергеевич Сергеев, выходец из мещан города Арзамаса, выпускник Арзамасской школы живописи академика Ступина, известной далеко за пределами Казанского края.

Должности смотрителей занимали опытные педагоги. Так, в 1829-1839 годы в Чистопольском уездном училище смотрителем был Антон Родионович Благодаров, выпускник Казанской духовной семинарии; в 1839-1850 годы – Исидор Антонович Шкляев (1799-1850), выпускник Вятской духовной семинарии 1820 года. (Коллежский асессор И.А. Шкляев, сын дьякона, был женат на дочери коллежского регистратора Лукерье Федоровне Савельевой, из дворянского рода Казанской губернии).

Однако были и негативные моменты нового «Устава… 1828 года». Прежде всего, уездные училища стали школами, специально предназначенными для представителей среднего класса. В целях укрепления сословного строя, исчезла существовавшая прежде преемственность между гимназиями и уездными училищами. Выпускники училищ были лишены возможности поступать в гимназии. Была введена небольшая плата за обучение, но была возможность получить освобождение от нее. Прежде всего, благодаря чистопольским благотворителям, бравшим на себя обязанность вносить плату за бедных учеников. В Чистопольском уездном училище в разные годы обучалось от 120 до 150 учеников

В целом, уездное училище в Чистополе в рамках губернии представляло собой начальную школу «повышенного типа». Однако для уездного города оно было единственным местом, где можно было получить образование детям простых горожан. Выпускники городских училищ работали народными учителями, мелкими чиновниками, служащими частных фирм.

В дальнейшем в результате Великих реформ 1860-х годов, в связи с появлением новых типов школ, значение уездного училища стало падать. По решению МНП в 1878 году оно было преобразовано в городское училище по «Уставу 1872 года». Курс обучения в нем составлял шесть лет, принимались дети после окончания начальной трехлетней школы. В результате дети получали неполное среднее образование. Однако преподаваемые предметы в большей степени соответствовали уровню начальной школы, нежели среднему звену. Не было алгебры, иностранных языков, все естественные науки изучались в общем курсе. Это были тупиковые учебные заведения, так как они не давали возможности продолжить образование. Поэтому они были малопривлекательными для детей городских сословий, особенно в условиях капиталистического преобразования России, когда возросшие потребности более быстрого экономического развития, усложнение общественно-политической жизни, развивавшиеся промышленность, транспорт и торговля предъявляли все больший спрос на специалистов со средним и высшим образованием. Как следствие, в них учились в основном дети только самых бедных горожан, за которых небольшую плату за обучение вносила городская управа. В 1912 году городское училище было преобразовано в Высшее начальное училище – школу, соответствующую первым пяти классам гимназии.

Велика роль в развитии образования и просвещения в Чистополе старообрядцев. 2 октября 1908 года в городе было открыто старообрядческое городское приходское училище. Купец Павел Михайлович Шашин выстроил для него хорошее каменное здание на Канавной улице (ныне ул. Нариманова, 44), но содержал училище город. Показательно, что в Казани, где старообрядческие общины были многочисленнее, подобного училища так и не появилось.

В целом, начальная школа была основой системы народного образования в губернии. По «Положению о начальных народных училищах 1874 года» к начальным школам были отнесены элементарные школы всех ведомств, городские и сельские, содержавшиеся за счет казны, обществ и частных лиц. Начальное звено также было представлено земскими и церковно-приходскими школами, одно и двухклассными народными училищами. Историк русской школы Н.В. Чехов насчитывал до 30 типов начальных школ [41, с. 48]. В Казанской губернии функционировали начальные школы нескольких типов: казенные трехклассные училища (мужские, женские и смешанные), приходские двухклассные училища, земские начальные школы, церковно-приходские школы, школы братства Святого Гурия, одно и двухклассные школы МНП, школы грамоты, воскресно-повторительные классы, училища при детских приютах, русско-татарские школы, татарские мектебе и медресе [12, с. 216; 23, с. 3].

В начальных школах преподавались Закон Божий, чтение, письмо, четыре арифметических действия и, где возможно, церковное пение. Преподавание велось на русском языке. Продолжительность обучения в «Положении… 1874 года» не указана. Однако в большинстве случаев она была в земских и городских школах три года, во многих других, особенно в церковно-приходских – два года. Принимались в начальную школу дети всех сословий. Там, где не было возможности открыть отдельно начальные училища для мальчиков и девочек, допускалось совместное обучение. По некоторым данным, в русских начальных школах в Казанской губернии мальчики и девочки обучались совместно, хотя объем знаний был ограниченным. Обучение в начальных училищах могло быть платным или бесплатным, по усмотрению тех ведомств, обществ и лиц, за счет которых училища содержались. В губернии сохранялась платность обучения. Не было преемственности между начальной и средней школой, поэтому среднее и высшее образование оставалось для народных масс недоступным. Установленная плата за обучение закрывала детям низших сословий двери гимназий, дававших возможность поступления в высшие учебные заведения. Всесословность средней школы периода Великих реформ была только декларирована [36, с. 53].

К начальному звену относились и начальные школы Ведомства православного вероисповедания.

Создание системы духовного образования в России происходит еще в XVIII веке. В соответствии с масштабной реформой народного образования начала XIX века была задумана и осуществлена в 1808-1818 годы и реформа духовного образования. Ближайшей целью ее явилось стремление устранить негативные стороны системы духовного образования, придать единство и преемственность всем ступеням духовной школы, поднять уровень образования. Причем исследователь С. Гомаюнов считает важным подчеркнуть эту зависимость изменений в жизни духовной школы с преобразованиями, проводимыми в светских учебных заведениях. По существу, именно с этого момента духовная школа включилась в своеобразную гонку со светской школой, стремясь не отстать от нее по уровню образования [6, с. 20].

Значительную роль в подготовке и проведении реформы духовного образования сыграли два выдающихся человека: известный государственный деятель М.М. Сперанский и не менее известный труженик Церкви – святой Филарет (Дроздов). Именно М.М. Сперанский задал основное направление в изменении подхода к целям духовного образования. Он считал, что «цель просвещения есть без сомнения твердое и основательное изучение Религии». Духовное образование, подчеркивал М.М. Сперанский, призвано сформировать «просвещенных и благочестивых служителей Церкви». Сейчас «требовался просто знаток священных текстов, механически их воспроизводящий, а богослов, толкователь, понимающий потаенный смысл Священного Писания» [39, с. 95].

26 июня 1808 года был издан закон, по которому предусматривалось создание новой структуры духовных учебных заведений, определялась их учебная, воспитательная и административная функция, а также решался вопрос об источниках финансирования.

Низшими духовными учебными заведениями российской глубинки были уездные приходские и духовные училища, призванные дать первоначальное образование детям из среды православного духовенства. Духовные учебные заведения, оказавшие влияние на формирование религиозно-нравственного уклада и развитие культурно-образовательного уровня провинциальных жителей, были основаны, а затем и функционировали благодаря огромным усилиям местного духовенства, благотворителей и прихожан [19, с. 77].

Духовные училища в Российской империи принадлежали к ведомству Православного вероисповедания и были не столько профессиональными и религиозными, сколько сословными учебными заведениями, предназначенными для мальчиков из семей духовенства. В духовные училища поступали мальчики, владевшие основами грамоты, в большинстве своем они получали домашнее образование. Срок обучения составлял 5-6 лет, обучение было бесплатное, мальчики были на казенном содержании. Изучались дисциплины общеобразовательного цикла, а также духовные предметы. Лучшие выпускники могли продолжить обучение в духовных семинариях. Остальные поступали на службу в Ведомство православного исповедания, служили низшими членами причта – дьячками, пономарями, псаломщиками. Были и те, кто покидал духовное сословие, становился мелким чиновником или служащим, так как грамотность в России XIX столетия уже была своеобразной квалификацией.

В Казанской губернии, многонациональной и этноконфессиональной по своему составу, в течение долгого времени не было духовных училищ, вместо них действовали приготовительные классы в Казанской духовной семинарии. И только в 1829 году было открыто сразу три духовных училища – Свияжское (позже переведено в Казань), Чебоксарское и Чистопольское.

Чистопольское духовное училище было открыто в 1829 году благодаря благотворительным инициативам купцов, выражавшимся в материальной поддержке учебных заведений, прежде всего духовных. В этом прослеживалось неравнодушное отношение к развитию образования в купеческой среде города Чистополя. Ежегодно купцы Чукашевы, Мешкевичи тратили на дела благотворительности огромные суммы, причем писать об этом они запрещали, исходя из осознания евангельской истины, гласящей о том, что милостыня должна быть тихой.

Открытое в Чистополе духовное училище первоначально разместилось в доме, купленном у чистопольского купца Леонтия Ивановича Мешкичева. Позже, в 1891-1895 годы, на этом месте было построено новое трехэтажное здание училища с Домовой церковью во имя святой равноапостольной царицы Елены. Это здание прекрасно сохранилось до наших дней на улице Бебеля, 121/33. Здание было построено по проекту казанского архитектора Льва Казимировича Хрщоновича (1838-1907), на пожертвования купцов Григория Егоровича и Николая Егоровича Чукашевых, представителей той части известного купеческого рода, которая из старообрядчества обратилась к господствующей церкви [42, с. 60].

По штатам в училище было 5-6 преподавателей, большинство из них были выпускники Казанской духовной академии, одни имели сан священника, другие – чин по табели о рангах. Во главе училища стоял смотритель. Большим авторитетом у учеников и преподавателей пользовался смотритель училища в 1885-1901 годы протоиерей Василий Андреевич Миртов (1852-1903), выпускник Казанской духовной академии 1876 года. Новое здание училища было построено благодаря его энергичной деятельности.

Учащимися духовного училища в первой половине XIX века были дети духовенства из Чистопольского, Лаишевского и Мамадышского уездов. В целом число учащихся составляло 120-140 человек. Воспитанием ребят призваны были заниматься смотритель, его помощник и 4 надзирателя. Все надзиратели являлись выпускниками духовных семинарий. Они получали небольшую зарплату, пользовались казенным жильем и бесплатным столом. За каждым классом закреплялся один надзиратель. Его обязанности сводились к наблюдению за учебной и внеклассной дисциплиной, а также докладывать начальству о тех, кого следовало наказать за те или иные провинности. Жизнью учащихся надзиратели почти не интересовались. Система воспитательной работы тогда отсутствовала. Тем не менее, дисциплина в целом была хорошая. Ученики держались на тех устоях, которые получили в семейном воспитании.

Духовные учебные заведения Российской империи рассматривались правительством как «кузница кадров» для различных ведомств. Так, выпускниками Чистопольского духовного училища были известные личности – архимандрит Палладий (в миру Петр Иванович Кафаров) (1817-1878), священнослужитель Православной Российской Церкви, начальник 13-й Русской Православной миссии в Пекине, создатель китайско-русского словаря и транскрипционной системы; Михаил Константинович Элпидин (1835-1908), революционер-шестидесятник, крупнейший издатель нелегальной литературы, наследник А.И. Герцена и Н.П. Огарева в деле вольного русского слова.

П.И. Кафаров родился в семье священника 17(29) сентября 1817 года в Чистополе, в 1827-1834 гг. учился в Чистопольском духовном училище, затем окончил Казанскую духовную семинарию и Санкт-Петербургскую духовную академию, во время обучения в которой познакомился с о. Иоакинфом (Н.Я. Бичуриным), известным русским китаеведом и увлекся историей и культурой Китая. В 1839 г. принял монашеский постриг и подал в Синод прошение о зачислении его в состав 12-й духовной миссии в Китае. В Китае он провел в общей сложности 17 лет, усердно изучал китайский язык и литературу и в большей степени занимался не миссионерской деятельностью, а научной работой. Он является автором ряда крупных исследований по истории религии. Он интересовался этнографией и археологией. В 1870-1871 годы по предложению Географического общества совершил экспедицию в Уссурийский край для этнографических и археологических исследований, результаты которых были опубликованы в научных изданиях Географического общества («Путешествие даосского монаха Чан-чуня на Запад» («Записки Императорского Русского Географического Общества», 1872); «Дорожные заметки из Пекина до Благовещенска» (там же); «Две недели в китайской кумирне» («Современник», 1863); «Исторический очерк Уссурийского края» («Западное Императорское Русское Географическое Общество», 1879, том VIII). Наибольшую известность Палладию принесли его филологические изыскания, прежде всего китайско-русский словарь. Умер Палладий в Марселе, возвращаясь морским путем из Китая в Россию, похоронен на русском кладбище в Ницце. Значительная часть его научных работ до настоящего времени не издана и хранится в различных архивохранилищах.

М.К. Элпидин родился в селе Никольское Лаишевского уезда Казанской губернии в семье дьякона. В 1845-1851 годы учился в Чистопольском духовном училище, по окончании которого вышел из духовного звания, служил в казанском уездном суде. С 1860 года был вольнослушателем Казанского университета. Во время Бездненского выступления 1861 года находился в селе Бездна, был арестован и вскоре освобожден за недостатком улик, оправлен на родину. С 1862 года – член казанского революционного кружка, являвшегося отделением общества «Земля и воля». В 1863 году арестован по делу о «Казанском заговоре 1863 года», приговорен к 5 годам каторги. 6 июля 1865 года бежал из казанской тюрьмы за границу, где в 1866 году организовал вольную типографию в Женеве, а в 1881 году – книжную лавку. Будучи революционером-народником он издавал не прокламации и агитационные брошюры, а художественную литературу, запрещенную к издании в России строгой цензурой. Известно, что за 40 лет он выпустил около 200 книг, в том числе первое отдельное издание романа Н.Г. Чернышевского «Что делать?» (1867), сборник сочинений Н.Г. Чернышевского в 4 томах (1868-1870), произведения М.Е. Салтыкова-Щедрина, Л.Н. Толстого и др. Эти книги продавались в магазинах Женевы, Лондона, Парижа, принадлежащих М.К. Элпидину, где их могли свободно купить россияне.

Решающим в жизни училища стала реформа 1867 года, когда был принят новый Устав училищ. Согласно новому Уставу в каждой епархии создаются училищные округа по числу духовных училищ. Училище поступало на полное содержание своего училищного округа. Устав предусматривал ежегодные съезды представителей духовенства училищного округа, на которых рассматривалось текущее положение дел в училище и решение вопросов об изыскании средств на его содержание. Данная система финансирования позволила упорядочить материальное положение училища и более или менее удовлетворительно покрывать все основные нужды учебно-воспитательного процесса, оплату преподавателей и организацию бытовых условий жизни училища. Срок обучения в училище остался прежний – четыре года. Разрешено было принимать детей из других сословий с внесением умеренной платы за обучение [3, с. 97-109.]. Поэтому во второй половине XIX – начале ХХ века в духовном училище учились и дети чистопольских горожан (20-30 человек), а духовное начальство получало за это дотации от городской управы.

В целом реформа была ориентирована на повышение уровня образования в училищах. Обращалось внимание на качество преподавания и методику проведения занятий. Предусматривалось развитие начатков самостоятельного мышления учащихся, развитие их интереса к предметам за счет связи изучаемого с известной учащимся жизнью. В качестве примера можно привести рекомендации Учебного Комитета при Святом Синоде по изучению географии в духовных училищах. Учебный Комитет определил круг учебников по всем основным предметам.

В 1895 г. состоялось знаменательное событие в Чистополе. При Успенском женском монастыре была открыта церковно-приходская школа для девочек, содержавшаяся на городские средства. Размещалась школа в двухэтажном деревянном здании. Следует заметить, что обучение младших девочек старшими велось и раньше, но келейно, т.е. в меру своих знаний и сил. С открытием школы появилась возможность обучать не только монастырских, но и приходящих девочек, причем давать им более глубокие знания по основным духовным дисциплинам, обучать началам грамоты, а также рукоделию. Немаловажным фактом было наличие своей библиотеки. Различий между дочерями священнослужителей, дворян, купцов, мещан, крестьян и сиротами не делали. В начале ХХ века школе обучалось около 150 учениц и преподавали три учительницы [42, с. 67].

В 1913-1914 учебном году в Чистополе было открыто третье начальное женское училище, ставшее последним учебным заведением, открытым в дореволюционном Чистополе [42, с. 68].

Серьезное значение делу воспитания и обучения молодого подрастающего поколения придавали старообрядцы Чистополя. Так, председатель чистопольской старообрядческой поморско-брачной общины коммерции советник Петр Матвеевич Шашин, на свой счет воздвигнул «прекрасное во всех отношениях, отвечающее современным требованиям гигиены и школьной строительности каменное здание» [43, с. 1532]. На содержании поморской общины находилось старообрядческое городское двухклассное училище, состоящее из пяти отделений, открытое в 1907 г. по разрешению Министерства народного просвещения. Училище, функционировало согласно уставу 1828 г. с программами по инструкции 1875 г.: «1) преподавание Закона Божия производить по программам, составленным и выработанным общиною и утвержденным министерством народного просвещения; 2) чтобы означенное преподавание (Закона Божия) поручено было избранному общиною и утвержденному в должности учебным начальством вероучителю» [43, с. 1532].

Официально открытие училища состоялось 2 октября 1907 г. На содержание училища со стороны казны было ассигновано по 1 200 руб. в год. С своей стороны П.М. Шашин, приобрел всю классную мебель, учебные пособия, весь необходимый инвентарь и пожертвовал на вечные времена капитал, проценты с которого на нужды училища ежегодно будут давать около 700 руб. Оклад жалованья учащим назначен был следующий: заведующему училищем при готовой квартире, отоплении и освещении 400 руб. в год, учительнице без квартиры 400 руб. в год. Вероучителю сначала было назначено за Закон Божий 150 руб. и за пение 75 руб., но затем это вознаграждение, как временная мера, было увеличено до 420 руб. в год, при готовой квартире, ее отоплении и освещении. За первый год жизни школы израсходована была следующая сумма: из 1 900 руб. годовых средств на жалованье учащему персоналу (считая 36 р. за заведывание училищем) выдано было 1 256 руб.; прислуге – 120 руб. На отопление и освещение – 292 руб. 71 коп.; на выписку книг, пособий, журналов, на хозяйственные принадлежности, канцелярию и другие мелкие расходы – 100 руб. 25 коп. Всего за год – 1 768 руб. 96 коп. Кроме того, учредителем училища П.М. Шашиным была произведены крупные единовременные затраты. Здание обошлось в 23 000 руб.; мебель, пособия и библиотека – 3 450 руб. Капитал, внесенный на вечные времена в чистопольское отделение государственного банка, равняется 16 400 руб. Как уже было сказано, проценты от этого капитала, согласно заключенных условий, должны идти исключительно на содержание и нужды вновь открытого чистопольского старообрядческого училища [43, с. 1533].

B первом 1907-1908 учебном году Закон Божий, чтение по старопечатным книгам и пение (в первом году не по «солям», а только «по напевке») преподавал вероучитель, бывший учитель якобштадского старообрядческого казенно-приходского училища, П.У. Ваконья; русский язык, арифметику, чистописание и рукоделие преподавали заведующий училищем Д.А. Кузнецов и учительница М.Л. Кокурина. История, география и геометрия в первом году не преподавались. Весь учащий персонал в должностях утвержден был директором народных училищ, а П.М. Шашин – высшим начальством в звании почетного блюстителя училища. В число учащихся поступали дети трех согласий старообрядцев г. Чистополя: поморцы-брачные, поморцы-безбрачные (феодосиевцы) и «по кресту». От старообрядцев, приемлющих Белокриницкую иерархию, в первом году учения прошений о приеме не поступало. Училище совместно обучало мальчиков и девочек, в одних комнатах. В первом учебном году обучалось около 90 человек. В последующие годы количество обучающихся и преподавателей сократилось. Так, в 1914 г. в нем работали четыре преподавателя и обучались 67 мальчиков и девочек [10].

Кроме неоднократных посещений и ревизий училища инспектором народных училищ И.Н. Стрельниковым, который пользовался уважением среди местного старообрядчества, училище удостоено было посещением: попечителя Казанского учебного округа Алексея Николаевича Деревицкого и его помощника, казанского губернатора Михаила Васильевича Стрижевского, директора народных училищ Казанской губернии Михаила Николаевича Пинегина, автора труда «Казань в ее прошлом и настоящем» (1890).

На праздники Рождества Христова и св. Пасхи, в присутствии членов общины Н.В. Маланьичева, Е.П. Шашина, Ф.Г. Зайцева, П.П. Шашина и инспектора, в училище устраивались праздники для детей. Хор детей исполнял праздничные духовные песнопения, после чего всем детям раздавался чай и подарки.

В целом, старообрядчество Чистополя, составляющее значительную долю населения города, играло важную роль в культурном развитии края.

***

Говоря о структуре образования в уездных городах Казанской губернии, следует иметь в виду, что ей были присущи не только общероссийские черты, но и региональные особенности. Наименьшие различия существовали в начальном звене. Национальный сектор этого уровня был представлен мектебе, медресе и кружками при мечетях. Все мектебе и медресе содержались на средства самого населения, расходы на них покрывались за счет добровольных пожертвований жителей. Государство практически никаких средств на них не отпускало. Народ не только строил школы, но и содержал их, отапливал и освещал, платил учителю, покупал учебники. Некоторые школы содержали целиком отдельные состоятельные люди из татар. По мнению Т. Давлетшина, татары были в состоянии строить и содержать большое количество школ не потому, что обладали большими средствами, а потому, что были экономными. Будучи мусульманами, они не употребляли спиртных напитков, и поэтому те средства, которые соседние народы тратили на водку, направляли на просвещение [8, с. 49].

Как мектебе, так и медресе, даже реформированные, в которых изучались светские науки и европейские языки, считались религиозными, то есть в основной своей массе татарские дети получали религиозное образование.

Открытию татарских светских школ ставились правительством различные преграды, которые существовали вплоть до февральской революции, вернее до 20 марта 1917 года, когда Временным правительством было издано постановление «Об отмене вероисповедных и национальных ограничений» [35, ст. 400].

Школьная политика правительства в Казанской губернии вела, с одной стороны, к расширению государственной сети школ, а с другой, к «огосударствливанию» мектебе и медресе, к подчинению их интересам государства [38, с. 40]. На практике преобладало первое направление.

Следует отметить, что начальное образование у татар все же отличалось большей светскостью, чем мусульманское образование у других народов Востока. Образование нерусских народов ограничивалось начальной школой. Правительство выступало против обучения их детей в гимназиях и университетах.

В Чистополе татарская община была многочисленной, уже в 1817 году в городе был мусульманский приход с мечетью. В 1874 году был открыт второй мусульманский приход. В соответствии с мусульманскими традициями при мечетях издавна существовали конфессиональные школы – мектебе и медресе. Среди татарского населения города широко была распространения грамотность на основе арабской графики, а в высших слоях общества – знание арабских и персидских языков. Однако в них не изучали русского языка.

С середины XIX века в Чистополе действовало весьма крупное по тем временам медресе «Камалия», названное по имени имам-хатиба Чистополя Мухамед-Закира, сын Габдул-Вагапа, Камалова (или, по-другому, Абдул-Вагапов) (1804-1893). Закир ишан Камалов еще в начале своей деятельности в г. Чистополе построил на свои (и семейные) деньги добротное помещение для медресе, и с 1847 года преподавал в нем. Известно, что медресе «Камалия» и мектебе при нем были построены в разные годы (и реконструированы) на средства Закир ишана и целиком содержались за его же счет. В 1874 году на средства имам-хатиба Мухаметзакира Мухаметкамалова для него было построено двухэтажное кирпичное здание (ул. Нариманова, 85) [4].

Позднее, в 1893 г., в духовном завещании Камалов писал, что в этом медресе на протяжении 46 лет на собственные средства он обучал богословским наукам и утверждает право преподавать сыну Ибрагиму (1876-1930) и другим ответственным лицам, не выходя за рамки, предписанные ишаном при его жизни, только религиозные дисциплины, а также татарский, арабский и персидский языки. Набор предметов для медресе был традиционным.

Согласно официальным данным, в 1874 году в этом медресе обучалось 45 мальчиков, а в 1883 году уже 60. По неофициальным данным, в конце 1880-х годов в «Камалии» (в четырех корпусах) обучалось одновременно около 400 шакирдов из Казанской, Уфимской, Самарской и других губерний. Из его стен вышли известные крупные общественные деятели и просветители – Р. Фахреддин (1859-1936), Ф. Карими (1870-1937), педагог-просветитель, ученый, писатель, переводчик, журналист, издатель, общественный деятель; Г. Гафуров-Чыгтай (1867-1942), писатель, журналист; Х. Файзи-Чистапули (1871-1933), видный мусульманский богослов Поволжья суфийского шейха; Г. Исхаки (1878-1954), классик татарской литературы; Ф. Туктаров (1880-1938), деятель революционного движения, журналист и педагог [4].

Органы городского самоуправления Чистополя в целях заботы об образовании татарского населения открыли в 1880 году так называемый «русский класс при медресе», содержавшийся за счет города. Открытие «русского класса» было обусловлено тем обстоятельством, что с 1870 года все кандидаты на должности мулл должны были обязательно сдавать экзамен по русскому языку, а в медресе необходимо было вводить уроки русского языка или изучать русский язык в специальных классах, созданных при мечетях. Учителями в «русских классах» были выпускники Казанской русско-татарской школы, открытой в 1876 году. Шакирды, будущие кандидаты в муллы, проводили в медресе один день в неделю, по графику, таким образом, в классе было шесть комплектов учащихся. Из отчетов городской управы Чистополя следует, что обучение в медресе имело принудительный характер, поэтому количество учащихся не превышало 30-40 человек. Положение изменилось только в начале ХХ века, в Чистопольском медресе шакирдов было уже около 80 человек. Таким образом, «русский класс» при медресе постепенно превратился в городскую школу для татарских детей, где их учили русскому языку, а обозначение «при медресе» стало условностью. Это явление отражает те процессы, которые происходили в татарском обществе в конце XIX – начала ХХ века. Знание русского языка было необходимым не только для повседневной жизни, но и для занятия торговой и предпринимательской деятельностью. В начале ХХ столетия дети татар обучались уже в городских начальных училищах.

В 1911 году в Чистополе открылась начальная школа для татарских девочек – русско-татарское начальное женское училище, на паях содержавшаяся городской и земской управами. Не осталась в стороне и татарская общественность, в первую очередь, купцы и имам первой мечети М. Амирханов, которые выделили средства на постройку двухэтажного каменного здания с отдельными флигелями для квартир служащих (ныне ул. Вахитова, 24-26). Знаменательно то, что подобной школы для девочек не было даже в губернской Казани.

Таким образом, говоря о развитии начального образования в Чистополе, можно отметить наличие разнообразных типов начальных школ и увеличение их количества. В целом, если в 1883 году в Казанской губернии насчитывалось 636 начальных школ, не считая татарских, то к 1892 году их количество увеличилось более чем в два раза и составило 1 238, а к 1905 году их число достигло 1 568 [2, с. 900; 25, с. 4; 26, с. 632;].

Рост числа начальных школ остро поставил на повестку дня вопрос о подготовке для них учителей, образовательный уровень которых в большинстве случаев не превышал среднего образования.

***

Средние учебные заведения имели своей задачей давать образование, которое, представляясь, само по себе, достаточно законченным, служило бы основательной подготовкой к усвоению высших знаний общего или специального, в частности, педагогического образования. К таким учебным заведениям относились:

1) мужские гимназии, прогимназии;

2) реальные училища;

3) технические училища;

4) специальные учебные заведения;

5) учительские институты, семинарии и школы;

6) женские гимназии, прогимназии [35, с. 247].

Средняя школа делилась на классическую и реальную. В программе классической гимназии приоритетными были предметы историко-филологического цикла с особой акцентировкой на изучение латинского и греческого языков. Естественно-математическая подготовка учащихся классических гимназий стояла на втором месте. Такая постановка учебной программы гарантировала политическую благонадежность будущих студентов. Выпускники гимназий предназначались в первую очередь для службы в государственном аппарате и для работы в системе просвещения.

Так, в Казанской губернии в конце прошлого столетия гимназии существовали только в Казани. К примеру, в 1885 году было три казенных мужских гимназии, одна мужская частная Мануйловой и одно реальное училище в составе семи классов [20, с. 69].

Промежуточное положение между начальной и средней школой занимали прогимназии, которые представляли собой также классические учебные заведения и могли состоять из шести классов. Прогимназии были мужские и женские. В Казанской губернии прогимназии были неполными средними школами, имели четыре класса, соответствовавшие первым четырем классам гимназии. Открывались они чаще всего в небольших (уездных) городах. В губернии имелись две прогимназии (мужская и женская) в уездном городе Чистополе [28, л. 2].

В 1877 году Чистопольская городская дума ходатайствовала перед министром народного просвещения об открытии в городе мужской гимназии. В этом были заинтересованы большинство гласных думы – купцы, чиновники, интеллигенция, дети которых моли бы учиться в гимназии, не уезжая в Казань. Однако ходатайство не было удовлетворено. В последующие десятилетия каждые два-три года органы городского самоуправления возобновляли ходатайство, но безуспешно.

Вопрос об открытии мужской гимназии был решен только в 1906 году, через 30 лет. Основные затраты по содержанию гимназии распоряжением министра народного просвещения возлагались на город. В 1906 году городская управа купила у купеческой вдовы Е.В. Челышевой за 10 000 рублей двухэтажный каменный дом на углу Архангельской и Канавной улиц (ныне улица Ленина, 62). Значительными были пожертвования местного купца А. Плаксина и товарищества братьев Нобель.

Первоначально 2 октября 1907 года была официально открыта Чистопольская мужская прогимназия. Директором прогимназии был назначен В.В. Румянцев, выпускник императорского Казанского университета. Гимназистов обучалось 52 человека, все они были в основном из числа городских жителей Чистополя и сел Чистопольского уезда.

В 1911 году прогимназия была официально преобразована в гимназию, а в 1912 году сделала первый выпуск. В гимназии изучались Закон Божий, русский язык, математика, физика, латинский, французский, немецкий языки, история, география, природоведение, рисование, чистописание. В гимназии училось более 200 мальчиков Чистополя и уездов Казанской, Вятской, Самарской и Уфимской губерний.

Сохранились сведения о том, что общественность г. Чистополя высказывала недовольство директором гимназии В.В. Румянцевым. Так, в 1911 году в газете «Камско-Волжская речь» в заметке чистопольских корреспондентов сообщалось, что «пред Пасхой послана г. попечителю казанского учебного округа петиция, в которой всесторонне освещена административная деятельность директора местной мужской прогимназии В.В. Румянцева и выражена просьба, чтобы заведывание учебным заведением было поручено другому лицу. В числе подписавших петицию – представители земства, города и родители» [16].

Среди учителей гимназии известен классный наставник П.И. Елисеев, о котором в газете «Камско-Волжская речь» была помещена заметка под заголовком «Прием, достойный подражания»: «Для “уловления” гимназистов на неразрешенных для них сеансах кинематографа в последний нередко заходит классный наставник гимназии П.И. Елисеев. Он садится на особый стул, приставляемый им к дверной драпировке, прячется в ее широких складках… и “улавливает” своих учеников» [15].

Известно, что в Чистополе учителя в большинстве своем были хорошими специалистами, профессионалами своего дела.

Другой тип средней школы – реальное училище. Оно стояло ступенью ниже классической гимназии. В его программе, в отличие от гимназии, преобладали предметы естественно-математического цикла, так как выпускники реальных училищ предназначались для деятельности в сфере народного хозяйства и для поступления в специальные высшие школы. После отмены крепостного права в России резко возросла потребность в квалифицированных рабочих, вызванная ростом промышленного производства. Это побудило правительство и буржуазию «повернуться лицом» к профессионально-технической школе. Подготовку специалистов низшего звена в стране осуществляли ремесленные училища, школы ремесленных учеников, низшие ремесленные школы, сельские учебные мастерские и ремесленные отделения при общеобразовательных школах. Среди возникающих средних профессионально-технических учебных заведений ремесленные училища составляли особую группу, и по своему количеству являлись преобладающими среди других типов профессиональных учебных заведений в изучаемый период [21, с. 41].

Чистопольское ремесленное училище было открыто 1 октября 1896 года. Инициатива в открытии училища принадлежала городской думе и городской управе, вдохновленных примером открытия Казанского ремесленного училища, открытого 20 января 1881 года и названного Александровским в память 25-летнего царствования императора Александра II. Вопрос об открытии ремесленного училища решался так же, как и вопрос об открытии гимназии, т.е. учебное заведение было открыто только после нескольких лет ходатайств.

В 1905 году купец Павел Михайлович Шашин, отец городского головы Ефима Шашина, пожертвовал для ремесленной школы здание, купленное им в 1901 году, во дворе которого были построены мастерские (улица Ленина, д. 2).

Вновь открытое учебное заведение получило название «Низшая ремесленная школа», в ней в течение трех лет обучались мальчики, имеющие начальное образование. В школе обучалось около 120 мальчиков, обучение было бесплатным, а содержалась школа исключительно на городские средства. Было два отделения: слесарно-кузнечное и столярно-токарное. После окончания училища выпускники получали квалифицированное профессиональное образование, могли работать металлистами, деревообделочниками, умели читать чертежи и работать на станках и др.

Особой симпатией за все время существования училища пользовался слесарный класс, ежегодно переполняемый учащимися, что соответствовало общероссийской тенденции. Это объяснялось тем обстоятельством, что в Чистополе не было машиностроительных предприятий, но было довольно много паровых и электрических машин на мукомольных, кулеткацких фабриках. Поэтому, более популярным отделением было кузнечно-слесарное, на котором обучалось три четверти мальчиков.

Исследователь средней профессиональной школы Т.А. Магсумов считает, что в связи с доступностью училища, как по продолжительности учебного курса, так и по невысоким требованиям к уровню образования абитуриентов, в него поступали дети из беднейших сословий с целью получить хорошую практическую подготовку в каком-либо ремесле, достаточное усвоение которого давало бы молодому человеку возможность находить работу по специальности. Училище не заботилось о повышении уровня общего образования учеников, а специальным предметам учащихся обучали в процессе выполнения заказов [21, с. 46].

В режиме низшей ремесленной школы училище существовало 11 лет. В 1907 году низшая ремесленная школа была преобразована в ремесленное училище. Это было уже учебное заведение другого уровня. Добиться повышению статуса удалось благодаря усердным хлопотам городских органов самоуправления.

В чистопольское ремесленное училище принимали мальчиков с полноценным начальным образованием, обучение продолжалось в течение пяти лет. В учебном плане были как специальные, так и общеобразовательные предметы. Поэтому ремесленное училище считалось неполным средним профессиональным учебным заведением, выпускающим по двум специальностям – слесарное и столярное дело.

Необходимо отметить деятельность Чистопольской городской думы в деле развития образования, выразившуюся, прежде всего в выделении средств на поддержание чистопольских учеников, обучающихся в профессиональных учебных заведениях Казанской губернии. Так, в Казанском промышленном училище было установлено несколько стипендий на оплату обучения ученикам. Одна из них стипендия в 200 руб. от Чистопольской городской думы для учеников не старше 17,5 лет из бедных семей г. Чистополя [22, с. 145]. Стипендиаты избирались самими учреждениями, которые выдавали стипендии, или рекомендовались им учебным начальством.

_G104288

Технические училище

До второй половины XIX века основная масса женского населения России, в том числе и Казанской губернии, вообще не знала среднего образования. Институты благородных девиц были закрытыми учебными заведениями, в которые принимались только дочери дворян или лиц духовного звания. Довольно строго выдерживался в них сословный принцип. Уровень образования во всех этих институтах был крайне низок, так как правительство видело смысл женского образования в том, чтобы «воспитывать добрых жен, попечительных матерей, хозяек семей». Поэтому ученицы получали лишь самые общие представления о той или иной науке. К примеру, учебник геометрии был составлен так, что из него была выхолощена вся суть. Не случайно, что эти учебные заведения, открытые в Санкт-Петербурге, Москве, Казани, Нижнем Новгороде и других городах, не сыграли какой-либо заметной роли в развитии женского образования в России [20, с. 155].

В конце 1850-х годов был поставлен вопрос об организации «всесословных» женских школ, положивших начало развитию сети средних общеобразовательных женских учебных заведений с несколько пониженным, по сравнению с мужскими гимназиями, курсом. Первое «Положение о женских училищах» ведомства МНП было утверждено 30 мая 1858 года. В переработанном и измененном виде оно было вновь утверждено в виде «опыта» на три года 10 мая 1860 года. По этому «Положению» женские училища могли быть двух разрядов: училища II разряда, приближавшиеся к типу начальной школы, и училища I разряда, приближавшиеся к типу неполноценной гимназии. Училища I разряда имели шестилетний курс обучения. В них преподавались: закон Божий, русский язык и словесность, арифметика и начала геометрии, физика, география, история всеобщая и русская, естествознание, чистописание, рисование, рукоделие и в качестве необязательных предметов, новые языки (французский и немецкий), танцы, музыка, пение. Женские училища II разряда имели трехлетний курс обучения. В них преподавались закон Божий, русский язык, география, русская история, арифметика, чистописание и рукоделие.

В женские училища принимались девочки всех сословий, то есть это были непривилегированные школы, а школы, предназначенные в основном для городского населения среднего уровня жизни. По сравнению с мужскими гимназиями женские училища первого разряда имели на один год меньшую продолжительность и значительно суженные программы обучения. Как видно из формулировки «Положения о женских училищах», они предназначались для подготовки женщины как жены и матери, а не к общественной деятельности.

В утвержденном 9 января 1862 года уставе училищ для приходящих девушек было определено, что сверх семиклассного общего курса при училищах «по указанию обстоятельств могут быть устроены педагогические курсы, в которых бы девицы, окончившие общий курс и предназначавшие себя к педагогической деятельности, могли получать специальное педагогическое образование» [9, с. 43].

Курсы разделялись на два отделения – словесное и естественно-математическое. Оба отделения состояли из двух классов – теоретического и практического. Программа первого из них была направлена главным образом на расширение и углубление знаний, приобретенных слушательницами в гимназиях. В число слушательниц принимались девушки не моложе 16 лет, окончившие курс гимназии или равного ей заведения, либо выдержавшие испытания в объеме гимназического курса. Допускались и замужние женщины и даже имевшие детей. В учебный план педагогических курсов входили следующие предметы: учение о христианской религии, русская словесность, всеобщая история, русская история, статистика, педагогика, естествоведение, математика и два иностранных языка. К числу необязательных предметов принадлежали психология и физиология. В 1870 году с введением в действие нового «Положения о женских гимназиях и прогимназиях» МНП были учреждены педагогические курсы при десяти провинциальных гимназиях. Но в 1874 году было введено положение о восьмом специальном педагогическом классе женских гимназий, и существование этих курсов прекратилось.

Женские училища первого и второго разрядов содержались на средства от платы за обучение и пожертвования. Многие из них существовали исключительно благодаря бескорыстной, самоотверженной работе учителей мужских гимназий, уездных училищ, работавших в них бесплатно или получавших ничтожное вознаграждение.

Поэтому количество женских училищ было невелико. В 1870 году в России было 37 женских училищ первого разряда и 94 второго разряда [33, с. 1631]. В Казанской губернии – Казанское женское училище I разряда (1859-1869) и Чистопольское женское училище II разряда (1862-1870) 40, с. 4, 8, 16, 20].

Чистопольское женское училище было открыто в 1862 году благодаря стараниям состоятельных купцов и чиновников Чистополя, желающих дать своим дочерям приличное образование. Поэтому его учредителем выступила не городская дума, как в большинстве других городов Российской империи, а купеческое собрание. Оно и содержало училище все восемь лет его существования.

Между тем потребность в развитии среднего женского образования в Казанской губернии ощущалось настоятельно.

В 1870 году было принято «Положение о женских гимназиях и прогимназиях», по которому женские училища первого и второго разряда впервые были переименованы в гимназии и прогимназии. Это новое имя дало еще более энергичный толчок дальнейшему развитию и распространению нормального воспитания русских девочек путем образования в открытых заведениях, имевших полное право на название их средними учебными заведениями.

Однако женские гимназии и прогимназии были исключены из государственного бюджета, они существовали на общественные или личные средства. «Устав учебных учреждений» гласил, что «женские гимназии и прогимназии открываются с разрешения попечителей учебных округов, в городах, где только представится возможность обеспечить их существование посредством общественных или частных пожертвований» [34, с. 324]. Это ставило их в более тяжелое положение по сравнению с мужскими гимназиями и закрытыми женскими учебными заведениями, так как там было плохое обеспечение: многие из женских заведений держались кое-как только потому, что учителя в них не получали заработной платы или получали самое ничтожное содержание.

По «Положению 1870 года» женским гимназиям и прогимназиям вводилось казенное пособие, но лишь в размере двух тысяч рублей в год на каждую гимназию и одной тысячи рублей – на прогимназию [34, с. 328; 33, с. 585].

Итак, положив женской школе эту ничтожную субсидию, МНП почувствовало себя хозяином положения и сразу же сократило компетенцию попечительного и педагогического советов.

В Казанской губернии до января 1880 года функционировали две женские прогимназии – одна в Чистополе (основана в 1870 году) [31, л. не пронум.], другая в Казани (основана 22 августа 1876 года) [29, л. 217].

Если гимназии были семиклассные с восьмым дополнительным педагогическим классом, то прогимназии – с трехлетним сроком обучения, но в тех городах, где представится тому возможность, прогимназии могли заключать в себе и большее число классов [17, с. 157-158].

На первый план министерство выдвигало педагогическую подготовку женщин, так как «на женщине, по ее влиянию на семейство, лежит обязанность воспитывать; от неисполнения этой обязанности, или от дурного ее исполнения страдают все общество и все государство и страдают тем опаснее, что зло здесь проникает повсюду и совершенно незаметно подтачивает основы общественной и государственной жизни» [18, с. 199].

В учебный план женских гимназий и прогимназий входили следующие предметы: закон Божий, русский язык, арифметика с применением к счетоводству и основы геометрии, география всеобщая и русская, история всеобщая и русская, естественная история и физика с дополнением сведений, относящихся к домашнему хозяйству и гигиене, чистописание, рукоделие и гимнастика [34, с. 327]. Таким образом, новый устав придал преподаванию более практический характер, применительно к будущему назначению женщины.

Наложил на женскую среднюю школу свою печать и торжествовавший в мужской школе классицизм.

Вплоть до начала ХХ века Чистополь был единственным уездным городом Казанской губернии, где в 1870 году была открыта женская прогимназия. Размещалась она с 1883-1884 учебного года в комплексе из двух зданий, специально пожертвованных городу для этой цели купцом Василием Львовичем Челышевым (здание сохранилось до наших дней на улице Толстого, д. 142). В двухэтажном здании находились четыре основных класса и квартира начальницы, а в одноэтажном флигеле – приготовительный класс.

Чистопольская женская прогимназия имела четыре класса, соответствовавшие первым четырем классам женских гимназий. Открытие четвертого класса прогимназии состоялось 16 августа 1884 года [30, лл. 1,8; 32, с. 359]. Необходимость открытия четвертого класса была в том, что оканчивавшие курс в Чистопольской прогимназии желали продолжить образование и, вместе с тем, по различным причинам не имели возможности поступить в женские гимназии Казани [36, с. 130].

В четырех классах прогимназии обучалось от 100 до 120 девочек, представлявших как «верхи» Чистополя, так и демократические слои городского и отчасти сельского населения. Причем, городская и земская управы брали на себя обязательства оплаты примерно 40 учениц. Многие из них по окончании прогимназии работали народными учительницами в земских и церковно-приходских школах Чистопольского уезда. А девушки из состоятельных семей имели возможность продолжить свое образование в гимназиях Казани.

С начала 1880-х годов Чистопольская городская дума и управа пытались добиться от МНП возможности преобразования прогимназии в полноценную гимназию. Причем уездный город брал на себя обязательства по содержанию учебного заведения. Однако из-за многочисленных бюрократических проволочек только в начале ХХ столетия, в разгар революции, когда правительство шло на многие уступки, этот вопрос был разрешен.

В 1905 году возникла Чистопольская женская гимназия, преобразованная из прогимназии [27, л. 19]. С начала 1906-1907 учебного года начались занятия в пятом классе, а через четыре года состоялся первый выпуск Чистопольской гимназии.

Гимназия по-прежнему размещалась в здании прогимназии, рассчитанном только на четыре класса, поэтому восьми гимназическим классам было тесно. В 1912-1914 годы по проекту казанского архитектора Павла Ивановича Абрамычева на средства города было построено новое специальное здание (сохранилось до наших дней на улице Ленина, д. 64). Однако в нем гимназистки смогли заниматься только один 1914-1915 учебный год. В связи с началом Первой мировой войны, в здании женской гимназии в 1915 году было размещено эвакуированное из Риги военное училище, а гимназистки вынуждены были вновь переселиться в тесное здание прогимназии, построенное Челышевым.

***

Проводя в жизнь правила 26 марта 1870 года, в целях обрусения нерусских народностей Казанской губернии, правительство начало с 1872 года открывать для них миссионерские школы, где преподавание велось на русском языке.

В основу организации школ для нерусских народностей легла педагогическая система известного ученого, педагога, просветителя и миссионера Николая Ивановича Ильминского (1822-1891), направленная на усиление идеологического воздействия самодержавия на инородцев и подготовку из них преданных чиновников для проведения колониальной политики [44, с. 227-233]. Как известно, эта система возникла немного раньше, еще в 1860-е годы, когда стала очевидной непригодность насильственных административных мер правительства и церкви по сплочению национальных меньшинств вокруг престола.

В специальных миссионерских школах, открытых для крещеных татар и других инородцев, учащиеся сначала обучались на родном языке, а потом постепенно переходили на русский язык. От окончивших такие школы ожидалось, что они будут распространять христианство среди своего народа.

В правилах от 26 марта 1870 года нерусские народы края подразделялись на две группы инородцев – христиан и мусульман. Пути обучения каждой из них отличались, тем не менее, цель была одна. О цели, которую преследовало правительство через распространение просвещения среди инородцев, ЖМНП 2 февраля 1870 года писал: «Конечной целью образования всех инородцев, живущих в пределах нашего Отечества, бесспорно, должно быть обрусение их и слияние с русским народом» [24, с. 284-285].

Большинство крещено-татарских школ открывались в селениях, где была большая вероятность «отпадения» местных жителей в ислам, или уже были зафиксированы такие случаи. Так, в конце 1860-х начале 1870-х годов миссионерские школы открываются в селе Нижней Никитинке (учитель С. Тупай) Чистопольского уезда [14].

Таким образом, среди других уездных городов Казанской губернии Чистополь выделялся наличием многочисленных учебных заведений начального и среднего звена. Первое учебное заведение появилось еще в конце XVIII века. Только в уездном Чистополе в XIX веке существовали средние учебные заведения – мужская и женская прогимназии. Наряду с русскими учебными заведениями открывались аналогичные учебные заведения и для нерусского населения края: русско-татарское начальное женское училище, медресе «Камалия». Следует отметить и вклад чистопольских старообрядцев в открытие и функционирование учебных заведений города.
Список использованных источников и литературы

1.​ Амирханов Р.Р. Закир ишан Камалов и татарское просвещение //http://tat-business.ru/finlyandskie_tatary13/finlyandskie_tatary16.

2.​ Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь. Т. 26. СПб., 1894.

3.​ Вятские епархиальные ведомости. 1868. № 4. Отд. офиц. С. 97-109.

4.​ Гафиатуллина Л.Г. Благотворительная деятельность чистопольского купечества во второй половине XIX – начале ХХ века // http://dakazan.ru/2009-10-07/blagotvoritelnaya-deyatelnost-chistopolskogo-kupechestva-vo-vtoroj-polovine-xix-nachale-xx-vv/comment-page-1/.

5.​ Главные основы общей системы народного образования. СПб., 1899. 64 с.

6.​ Гомаюнов С. Очерки истории Вятской духовной школы. Вятка, 2005. 162 с.

7.​ Григорьев Р.В. Исторический очерк русской школы. М., 1900. 587 с.

8.​ Давлетшин Т. Советский Татарстан (Теория и практика ленинской национальной политики). Лондон, 1974. 392 с.

9.​ Деревицкий А. Женское образование в России и за границей. Одесса, 1902. 45 с.

10.​ Долгов Е.Б., Колясев А. Чистополь – Хлебный город // http://clubs.ya.ru/4611686018427403776/replies.xml?item_no=76.

11.​ Ионенко С.И. Из истории учебных заведений Суконной слободы Казани второй половины XIX – начала ХХ вв. // Историческое краеведение в Татарстане: Материалы республиканской научной конференции (20-21 декабря 2002 года). К 70-летию со дня рождения К.Р. Синицыной (1932-1997 гг.). Казань, 2004. – С. 88-95.

12.​ История Казани. Кн. 1. Казань, 1988. 352 с.

13.​ История Казанского университета. Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2004. 656 с.

14.​ Исхаков Р.Р. Православные миссионеры и этноконфессиональные процессы среди крещеных татар Волго-Камского края во второй половине XIX в. // http://kk.convdocs.org/docs/index-25699.html.

15.​ Камско-Волжская речь. 1911. № 48 (3(16) марта).

16.​ Камско-Волжская речь. 1911. № 80 (14(27) апреля).

17.​ Канторович Я.А. Законы о женщинах: сборник всех постановлений действующего законодательства, относящихся до лиц женского пола. СПб., 1899. 272 с.

18.​ Коваленский М.Н. Средняя школа // История России в XIX в. / Под ред. М.Н. Покровского. СПб., 1908. Т. 7. С. 170-202; Т. 9. 145-163.

19.​ Корнилова И.В. «Блюдите да не презрити единого от малых сих»: Елабужское уездное духовное училище в 1850-е гг. (историческая зарисовка) // Православный собеседник: Альманах Казанской духовной семинарии. 2011. Вып. 1 (21). С. 77-84.

20.​ Корнилова И.В. Подготовка педагогов в Казанской губернии в дореволюционный период. Saarbrucken: Lambert Academic Publishing, 2012. 253 с.

21.​ Магсумов Т.А. Казанское ремесленное училище в конце XIX – начале ХХ века: проблемы функционирования ремесленного образования // Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 10. С. 41-46.

22.​ Магсумов Т.А. Средняя профессиональная школа Казани в конце XIX – начале ХХ века. СПб.: Инфо-да, 2010. 302 с.

23.​ Материалы для истории народного образования. Народные училища в Казанской губернии. Казань, 1888. 154 с.

24.​ Материалы по истории Татарии второй половины XIX века. Ч. 1. М.; Л., 1936.

25.​ Народное образование в Казанской губернии. Вып. 1. Казань, 1905.

26.​ Народное образование в Казанской губернии // Педагогическая хроника. 1885. № 40. С. 632.

27.​ Национальный архив Республики Татарстан (НА РТ). Ф. 92. Оп. 1. Д. 4028.

28.​ НА РТ. Ф. 92. Оп. 1. Д. 12702.

29.​ НА РТ. Ф. 92. Оп. 1. Д. 13591.

30.​ НА РТ. Ф. 92. Оп. 1. Д. 15732.

31.​ НА РТ. Ф. 92. Оп. 1. Д. 23452.

32.​ Об открытии 16 августа 1884 года при Чистопольской женской прогимназии четвертого класса // Циркуляр по КУО. 1884. № 9. С. 359.

33.​ Сборник постановлений по МНП. Т. 8-17. СПб., 1881-1904.

34.​ Свод законов Российской империи. Т. 11. Ч. 1. Свод устава ученых учреждений и учебных заведений МНП. СПб., 1893. 802 с.

35.​ Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемых при Правительствующем Сенате. 1917. Ст. 400.

36.​ Утробина И.В. Педагогическое образование в Казанской губернии в последней четверти XIX – начале ХХ вв.: Дис. … канд. ист. наук. Казань, 1999. 238 с.

37.​ Учебные заведения ведомства МНП: Справочная книга, составленная по официальным сведениям к 1-му января 1895 г. СПб., 1895. 719 с.

38.​ Фархшатов М.Н. Народное образование в Башкирии в пореформенный период. 60-90 годы XIX в. М., 1994. 144 с.

39.​ Федоров В.А. Русская Православная Церковь и государство. Синодальный период. 1700-1917. М., 2003.

40.​ Хронологический список высших и средних учебных заведений ведомства МНП, основанных или преобразованных с 1855 по 1880 гг. СПб., 1880. 36 с.

41.​ Чехов Н.В. Типы русской школы в их историческом развитии. М., 1923. 148 с.

42.​ Чистополь и чистопольцы. Из прошлого и настоящего. Казань: Изд-во «По городам и весям», 2004.

43.​ Церковь. 1908. № 50. С. 1532.

44.​ Шарафутдинов З.Т., Ханбиков Я.И. История педагогики Татарстана. Казань, 1998. 306 с.

Comments are closed.